Главная » Багратион

Бородинский бой (7 сентября 1812 г.)

Опубликовал в Август 17, 2013 – 7:00 дпНет комментариев

Бородинский бой (7 сентября 1812 г.)4 сентября, осмотрев Бородинское поле, Кутузов доно­сил Александру I: «Позиция, в которой я остановился при деревне Бородино, в 12 верстах впереди Можайска, одна из наилучших, какую только на плоских местах найти можно». В то же время главнокомандующий указывал на левый фланг, как на слабое место позиции, и обещал его исправить, усилить посредством инженерных сооружений и умелого расположения живой силы.

Правый фланг (покрытый холмами, курганами и при­горками) господствовал над Бородинским полем и был ключом русской позиции. Он же защищал дорогу на Москву. Разгром правого фланга был бы катастрофой для русской армии. Вот почему Кутузов так тщательно его оборонял.

Русский фронт имел вид кривой с флангами, загну­тыми на восток. На севере русские позиции огибала река Колоча, на юге их пересекала старая смоленская дорога.

Корпус Тучкова на левом фланге, казаки Платова и кавалеристы Уварова на правом фланге должны были ликвидировать возможные обходные движения францу­зов. Вражеский фронт, в расчёте на охват русских флан­гов, расположился вогнутой (к западу) линией от Ельни до Беззубово. Река и дорога пересекали французские позиции.

К югу от Бородина по правому берегу пересохшего от летней жары Семёновского ручья на центральной вы соте русские соорудили люнет на 18 орудий—это была «батарея Раевского». К югу от неё на второй высоте, что располагалась впереди деревни Семёновской, были насы­паны три флеши, знаменитые «багратионовы флеши», на которые Наполеон и обрушил свой основной удар. Каждая флешь представляла собой площадку (около 1000 кв. м), защищённую двумя земляными валами, меш­ками с землёй, связками кустарника. Валы сходились под острым углом. Вершина угла была направлена в сторону неприятеля. На валу были установлены орудия: по 12 ору­дий на флешь. Батарею Раевского и позицию до багратионовых флешей заняли седьмой пехотный и третий ка­валерийский корпуса. Па багратионовых флешах укре­пилась сводная гренадерская дивизия Воронцова.

Багратионовы флеши прикрывали слабейшие пункты левого фланга. Лес охватывал тыл нашего левого фланга. Он был укреплён засеками. В лесу расположились в за­саде стрелки. Левое крыло было самым слабым по численности войск. Но им командовал Багратион «Куту­зов знал, что это удваивает силу левого фланга» (Тарле).

На Бородинском поле утром 7 сентября 1812 г.Русские укрепления — люнеты, флеши и редуты — строились почти в виду неприятеля. Строили их мало­опытные ратники ополчения; инструмента нехватало. Когда подошла русская армия, укрепления ещё не были доведены до конца. Русская артиллерия накануне Боро­динского боя по числу орудий и по калибру превосходила французскую; французская превосходила русскую по дальности боя.

Багратион не сомневался в том, что удар Наполеона будет направлен прежде всего именно на левый фланг, и просил у Кутузова подкреплений. Удар по левому флангу был действительно неизбежным и не только по­тому, что этот фланг был слабейшим, но и потому, что, развивая здесь успех, Наполеон тем самым вбивал клин между русской армией и Москвой, с одной стороны, и ме­жду русской армией и южными губерниями, — с другой. Наполеон рассчитывал отбросить русскую армию на север от Можайска к Истре и Клину и тем самым открыть путь к Москве.

В тылу русской позиции, охватывая Бородинское поле, протекала река Москва. Обрывистые берега Москвы-реки делали трудно доступной переброску орудий и обозов.

По дороге от Немана до Бородина Наполеон растерял и оставил для обеспечения тыла до 3/4 своей армии. К Бородину он вывел не более 130 тысяч. Ресурсы живой силы противника явно иссякали.

А между тем тыл русской армии крепчал. Ряды опол­ченцев прибывали на Бородинское поле и становились в резерве полевой армии: смоленское ополчение стало на правом крыле против Бородина; московское ополчение стало на левом фланге против Шевардина, подкрепляя позиции Тучкова; с московской дружиной стоял поэт Жуковский — «певец во стане русских воинов». В бли­жайшем тылу, под Можайском, ополченцы держали зас­лон на линии Руза—Можайск—Верея . Силы русского со­противления явно возрастали. Русский народ вставал на защиту родины. В глубоком тылу, в деревне Псарёво, Кутузов расположил резерв конной артиллерии и по ходу  боя посылал подкрепления на передний край.

6 сентября, готовясь к бою, русские солдаты, не раз­водя огней, вкапывались в землю, используя для того все овраги и естественные укрытия. Сапёры и ратники спешно заканчивали постройку укреплений.

Солдаты деловито, спокойно готовились к предстоя­щему бою. Па них и на опытность командиров Кутузов возлагал все надежды.

В наставлениях перед боем Кутузов просил команди­ров беречь людей: «Тот генерал, который сохранит ещё резерв, не побеждён».

Багратион накануне боя проявил большую заботу о егерях, которым на следующий день предстояло много вынести. Он приказал им отдыхать всю ночь, сварить каши, выпить по чарке вина.

Ночь на 7 сентября прошла спокойно.

Утром Наполеон обратился к своим солдатам с при­казом: «Воины!—говорилось в приказе. — Вот сраже­ние, которого вы так желали. Победа зависит от вас. Она доставит вам всё нужное: удобные квартиры и ско­рое возвращение в отечество… Пусть позднейшее потом­ство с гордостью вспомнит о ваших подвигах в сей день. Пусть скажут о каждом из вас: он был в великой битве под Москвой».

Шесть часов… Тишину сентябрьского утра прорезал глухой одинокий выстрел. То был французский сигнал к началу Бородинского боя 102 орудия внезапным зал­пом ударили по багратионовым флешам.

Наполеон рассчитывал разбить багратионовы флеши, обрушиться на левое крыло, опрокинуть его, смять, обойти с фланга и, зайдя в тыл, уничтожить.

Удар на Бородино, на правый фланг русских позиций, имел целью связать силы первой русской армии и исклю­чить возможность переброски подкреплений на левое крыло и в центр. Бородино должно было стать осью захождения правого фланга наполеоновской армии. Обходом левого фланга русских, прорывом центра и уничтожением всей русской армии по частям Наполеон думал закончить бой.

На Бородинском поле он имел в виду в грандиозных масштабах повторить план, не реализованный им под Красным. Вот почему против багратионовых флешей Наполеон двинул одну за другой части Даву, Мюрата, Нея, Жюно.

По маленькому участку левого крыла русских пози­ций били сперва 102, потом 130, 150 и, наконец, 400 вра­жеских орудий. Кутузов не переставал подкреплять левый фланг пехотой, кавалерией и артиллерией. До 50 процен­тов русской артиллерии действовали на левом фланге под командой Багратиона. Артиллерия флешей парализовала действие французской артиллерии. Орудие за день делало до 100 выстрелов. Вспомним, что орудия были гладко­ствольными, заряжались с дула. 100 выстрелов за день означают, что «орудийное учение» не пропадало даром. Русские умирали у своих пушек, но не оставляли по­зиций.

После первого же залпа вражеские орудия были вы­двинуты еще ближе к багратионовым флешам. Между ними и французскими батареями оставалось немногим более одного километра. Артиллерийская подготовка продолжалась. Вскоре Даву бросил в атаку 2 дивизии. Часть атакующих обходила флеши с левого фланга, шла через лес и по опушке леса. Огонь русских егерей, засев­ших в овраге, и картечь багратионовских батарей не­сколько раз отбивали атаки врага.

Тогда Даву лично повёл в атаку свой первый корпус и всей своей силой (у него было до 30 орудий) обрушился на левую флешь. Численное превосходство врага было так велико, что французы овладели на время флешью. Багратион па помощь бойцам-гренадерам бросил не­сколько батальонов испытанной в боях дивизии Неверов­ского.

Контрудар был настолько силён, что французы дрог­нули и обратились в бегство. Даву был контужен; он упал вместе с лошадью и был вынесен с поля. Русские драгуны и гусары преследовали врага, врубились в массу отступающих пехотинцев, отняли 12 орудий. Наполеону доложили об отходе маршала Даву.

Наполеон приказал двинуть в бой 3-й корпус «маршала Нея. Был восьмой час утра. Пока подтягивались и строи­лись к бою части Нея, Багратион придвинул резервы; на линию вышли свежие гренадерские части, 27-я диви­зия Неверовского; восемь батальонов Раевского, зани­мавших соседний участок справа, передвинулись влево и стали ближе к флешам. На первую линию выдвинуты были резервные батареи. Багратион затребовал ещё третью дивизию Коновницына. Около себя, на левом фланге, Багратион собирал испытанных бойцов-героев. Ожидая сильнейших ударов врага, он просил Кутузова о дополнительных подкреплениях. Кутузов послал на ле­вый фланг второй пехотный корпус, а затем стоявшую в резерве русскую гвардию: Измайловский, Литовский, Финляндский полки и гвардейские конные батареи. На левый фланг была переброшена и конница. Среди гвар­дейцев офицеров сражались патриоты-энтузиасты. Мно­гие из них затем принимали участие в декабристском движении. Прапорщиком лейб-гвардии Литовского полка был Павел Иванович Пестель, получивший за Бородино золотое оружие; в лейб-гвардии Семёновском полку были Якушкин, Чаадаев, Матвей Муравьёв Апостол, Трубецкой и другие.

Схема Бородинского боя.Ещё не кончена была перегруппировка русских войск, как корпус Нея пошёл в атаку. Ней возглавил дивизию Ледрю и лично пошёл в атаку на багратионовы флеши. 24-й полк лёгкой пехоты ворвался на правую флешь. Дивизия Разу захватила левую. Французы заняли 3-ю флешь, замыкавшую в треугольник две первых. Однако солдаты Неверовского, поддержанные гвардей­цами, стремительной контратакой выбили французов. Ней отступал. Ему на помощь двинулся Мюрат со шпагой в руке во главе конных егерей. Русские кирасиры, опро­кинув егерей, обратили их в бегство. Преследуя егерей, русские кирасиры захватили конную артиллерийскую батарею. Мюрат был окружён и едва спасся от плена, укрывшись на левой флеши, которую ещё некоторое время удерживали французы.

Неверовский и Горчаков были ранены, но продолжали руководить своими частями. Около 10 часов утра Ней вновь овладел флешами. Подоспевшая 36-я дивизия Коновницына выбила врага из флешей.

Русские стояли непоколебимо. Французская армия таяла. За первые четыре часа Наполеон потерял 20 гене­ралов и полковников.

В одиннадцатом часу Наполеон двинул в бой дивизию Фриана.

Против багратионовского фланга действовали свыше 30 тысяч неприятельских солдат.

У Багратиона насчитывалось не более 18 тысяч. На площади немногим более одного квадратного кило­метра грохотали 300 русских и 400 вражеских орудий. Артиллерийские залпы сливались в сплошной гул и сотря­сали землю. Враг не оставлял попыток обойти флеши с левого фланга: наша первая гвардейская батарея больше двух часов отважно, умело, метко отражала врага. Но так велик был урон в людях, что по приказу Багратиона батарея была уведена в тыл; на батарее было убито 60 человек; смертельно ранен был командир бата­реи капитан Захаров.

Гренадеры грудью защищали родное поле. Но их ряды, сильно поредевшие уже в первой атаке, бессильны были сдерживать численно превосходящего врага. Уже ни одного гренадера не осталось на багратионовых фле­шах. Они исчезли «не с поля боя, а на поле боя», как доносил о том их командир граф Воронцов, едва выжив­ший после тяжёлой штыковой раны.

Началась четвёртая атака багратионовых флешей.

Французы лезли на русские позиции. Багратион при­казал поднять солдат в контратаку.

 

В дыму огонь блестел.
Звучал булат, картечь визжала,
Рука бойцов колоть устала,
И ядрам пролетать мешала
Гора кровавых тел,—

 

так описывает М. Ю. Лермонтов Бородинское сражение.

Четыре часа Багратион, сидя на коне, руководя боем, накапливал силы, терпеливо выжидал время, чтобы обру­шить на врага молниеносный и сокрушительный удар русской штыковой атаки. Когда Багратион увидел, как неприятельские солдаты захватили соседнюю батарею, он обернулся к своим, чтоб увлечь их в контратаку. В это время осколок вражеской гранаты ударил его в правую ногу и раздробил берцовую кость. Багратион беззвучно свалился с лошади. Его подхватили и замертво вынесли с позиции. Но так велик был героический подъём солдат­ской массы, что флеши и на этот раз были очищены от французов.

Ранение Багратиона вызвало замешательство в среде солдат, в одиннадцать с половиной часов утра после кро­вопролитной пятой атаки багратионовы флеши перешли в руки врага. Но и взятие багратионовых флешей не ра­довало Наполеона. Едва Наполеон отдал приказ двинуть в бой гвардию, как ему донесли, что русские появились у деревни Беззубово, в тылу французов. Действительно, узнав о ранении Багратиона и взятии багратионовых флешей, Кутузов бросил 8 тысяч сабель при 32 орудиях (части Уварова и Платова) в обход левого фланга фран­цузов. Наполеон отменил распоряжение о введении в бой гвардии.

Русские, правда, отступили за семёновский овраг. Но там построились в несокрушимое каре, «с непостижи­мой скоростью» установили артиллерию и, упорно отра­жая атаки кирасиров Наполеона, не двинулись далее с места.

Багратион пришёл в себя. Его хотели нести в тыл на перевязочный пункт, в лазарет. Багратион приказал по­ложить себя неподалеку от места боя и, стиснув от боли зубы, не отрываясь, смотрел на линию огня. Мундир его был расстёгнут. Сапог снят. Выше колена большая кро­вавая рана. Голова забрызгана кровью. Лицо бледно, но спокойно. Врач наложил повязку. «Как солдаты?» — «Стоят!»

У Багратиона начинался бред. Его унесли на носил­ках в деревню. До утра Багратион лежал в крестьянской избе, а утром в коляске его отправили в тыл, в Вязёмы, подмосковное имение князя Голицына.

После взятия флешей Бородинский бой продолжался ещё около 6 часов. Ожесточённые атаки по всему фронту следовали одна за другой с переменным успехом. 1500 орудий и 200 тысяч ружей действовали беспрерывно. Из-за дыма орудийной и ружейной стрельбы вокруг ни­чего не было видно. Лошади, лишённые всадников, мета­лись по полю.

К 6 часам вечера бой затих.

Русская армия, оставив деревню Бородино, батарею Раевского и семёновские флеши, отступила в глубь своих позиций. Наполеон в Бородинском бою не смог ни сокру­шить, ни разбить, ни победить русскую армию. Напо­леоновская армия тоже отошла на прежние позиции. Русский арьергард оставался на Бородинском поле до полудня 8 сентября, но неприятеля не видел. Щербинин, один из офицеров квартирмейстерской части, записал по этому поводу следующее: «Сколь велико было удивление наше, когда при восходе солнца при совершенно ясном небе мы не могли открыть неприятеля, сколько глаз ви­деть мог в отдалённости. Сто тысяч или может быть и 130 тысяч отошли ночью незаметно, как кошка».

Стратегически Бородинская битва означала победу русской армии.

После Бородина Кутузов решил вопрос об оставлении Москвы. Надо было собрать силы для перехода в контрнаступление, хотя бы ценою оставления Москвы.

12 сентября русская армия проходила через Москву на южную рязанскую дорогу.

Из Москвы по всем подмосковным дорогам на север, на восток и на юг тянулись беженцы. Вереницы карет, колясок, повозок, возов, телег и ручных тележек с покла­жей. Рядом с ними — пешеходы с мешками за плечами, с сумками, корзинами и сундучками. Как ни тяжко стра­дал от раны князь Багратион, было решено вывезти его в глубокий тыл. Через Москву по «Владимирке» Багра­тиона эвакуировали в село Симы, во владимирское име­ние его родственника и друга кн. Голицына.

На окраинах занимались уже первые грозные огни московского пожара. Кутузов и народ уничтожали всё, что нельзя было вывезти и что могло усилить неприятеля. Горели воинские и продовольственные склады.

 

Летел пожар по замкам и церквам…
В дома солдат зажжённый трут совал,
В огонь мужик солому с крыш таскал,
В огонь купец подваливал товар.
Князь сжег дворец — и нет Москвы!
(Байрон «Бронзовый век».)

 

Кутузов пожаром Москвы отнимал у французов до­роги на Рязань, на Каширу, на Подольск.

Народ сложил позже частушку—«Солдатскую песню»:
Хоть Москва в руках фрянцузов,
Это — право не беда.
Наш фельдмаршал князь Кутузов
Их на смерть впустил туда!
«С потерею Москвы не потеряна Россия», — повторял Кутузов.

«Пылай, великая Москва!» — писал позже о москов­ском пожаре 1812 г. Пушкин.

Кутузов шёл по рязанской дороге. А у Боровского перевоза через Москву-реку он прекратил отход и начал свой замечательный фланговый марш с рязанской дороги на калужскую. Пожар Москвы обеспечивал успех этого марша. Партизаны Дениса Давыдова, Дорохова, Сеславина перерезали французам пути на подступах к Москве. Корпуса Удино, Ожеро, Сен-Сира и Макдо­нальда испытали на себе всю силу русской партизанской войны и не смогли пройти к Москве.

23 сентября французы, преследуя Кутузова, дошли до Боровского перевоза. Не зная, что Кутузов повернул на запад, они продолжали искать его на рязанской дороге вплоть до Бронниц.

Тем временем Багратион, живя в непривычно мирной обстановке, понемногу поправлялся. Заботливый и опыт­ный уход врачей, друзей и дворни, а самое главное — энергия и мужество героя позволили ему недели через две даже вставать на костыли и заняться разборкой бумаг.

От Багратиона скрывали, что Наполеон в Москве, но случайно он узнал об этом. В негодовании и ярости на врага он вскочил с постели на больную ногу и… упал, как подкошенный!

Берцовая кость правой ноги была повреждена так, что на излечение её уже не было никакой надежды. Нача­лась гангрена. Надо было ампутировать ногу, но Багратион решительно отказался от операции.

Оставьте комментарий

Добавьте комментарий ниже или обратную ссылку со своего сайта. Вы можете также подписаться на эти комментарии по RSS.

Всего хорошего. Не мусорите. Будьте в топе. Не спамьте.