Главная » История Франции

Осада Парижа

Опубликовал в Август 5, 2013 – 10:33 дпНет комментариев

Наступление немцев на Париж представляло серьезную угрозу, ибо регулярных войск для обо­роны столицы было очень мало — не более 120 тыс. Вся осталь­ная французская армия либо была блокирована немцами в раз­личных районах, либо капитулировала. Париж мог устоять только при условии немедленного вооружения народа и в первую оче­редь парижских рабочих, но правительство и не думало идти по этому пути. На словах декларируя свою готовность вести войну до победы, оно в действительности с первых же дней меч­тало о мире с немцами любой ценой. По поручению правитель­ства старый политический интриган, бывший министр Луи Фи­липпа, лидер орлеанистов Тьер отправился в турне по европей­ским столицам, чтобы просить посредничества держав в заклю­чении мира. Никаких серьезных мер для укрепления обороно­способности страны правительство не предпринимало. Инициатива сопротивления исходила не от командования, а от народа. В тылу врага создавались отряды франтиреров (вольных стрелков); они устраивали засады, нападали на небольшие отряды и обозы нем­цев, наносили им чувствительные потери. Французский народ ненавидел интервентов, простые безвестные люди совершали ге­роические подвиги. Так один солдат, имя которого осталось неиз­вестным, взорвал крепость Лан, чтобы не отдавать ее врагу, и сам погиб под ее развалинами.

Немцы вели войну типично прусскими методами, беспощадно расправлялись с франтирерами и мирными жителями, которых они подозревали в сочувствии франтирерам, сжигали целые де­ревни, реквизировали продовольствие, вывозили в Германию про­изведения искусства и другие ценности.

16 сентября немцы вплотную подошли к Парижу и через не­сколько дней полностью окружили его. Главная квартира Виль­гельма I разместилась в Версале.

Рабочие Парижа, сознавая масштабы опасности, несмотря на многочисленные препятствия, чинимые правительством, вступали в национальную гвардию. В короткий срок было сформировано около 200 новых батальонов. Солдаты этих батальонов стали сами избирать своих командиров. На командные посты были избраны Варлен, Бланки, Флуранс и другие руководители рабо­чих. Создавались также органы солдатского самоуправления (внутренние советы).

Сначала оружия не хватало. «За время с 4 по 20 сентября можно было забросать Париж ружьями и пушками,— писал Бланки.— Ни одного ружья, ни одной пушки не было завезено в город». Несмотря на это, парижские рабочие были полны ре­шимости отстоять столицу. Они собрали деньги, в короткий срок отлили около 400 пушек и вооружили ими национальную гвар­дию; разыскали необходимое количество оружия. Численность парижского гарнизона составляла вместе с национальной гвар­дией около 500 тыс. человек. Кроме того, Париж был хорошо укреплен — вокруг города шел крепостной вал длиной в 34 км. с 94 бастионами, а в нескольких километрах от города размеща­лись 16 фортов. Все эти обстоятельства создавали реальную воз­можность успешной обороны Парижа. Однако Трошю, смер­тельно боявшийся вооруженных парижских рабочих, и не по­мышлял о серьезном сопротивлении. Он ожидал результатов миссии Тьера и прямых переговоров между Жюлем Фавром и Бисмарком, происходивших 19—20 сентября недалеко от Парижа в замке Ферьер, избранном Бисмарком в качестве своей резиден­ции. Бисмарк в категорической форме выдвинул следующие условия перемирия: передача Германии Эльзаса и восточной части Лотарингии, а также временное занятие немцами домини­рующего над Парижем форта Мон-Валериан. Эти условия вполне устраивали правительство, но принять их тотчас же было невоз­можно — антинемецкие настроения в народе были настолько сильны, что капитуляция неизбежно вызвала бы новую револю­цию. Поэтому Трошю, Тьер и Фавр решили подождать, пока бло­када Парижа и голод умерят патриотические чувства парижан и позволят изобразить капитуляцию как спасение Франции.

Подозрительное поведение правительства, оставившего, к тому же, на своих постах почти всех бонапартистских чиновников, вы­зывало растущее недовольство рабочих. Авторитет правительства падал; в то же время рос авторитет Центрального комитета 20 округов Парижа, созданного еще 4 сентября на собрании рабочих — членов I Интернационала и синдикальных палат.

Целью этого Комитета была борьба с врагом и установление подлинно республиканского режима. Он активно обсуждал вол­нующие народ вопросы и требовал от правительства решительных мер для организации обороны столицы. В каждом из 20 округов Парижа были созданы состоявшие из рабочих и мелких буржуа Комитеты бдительности, внимательно следившие за деятельностью мэров и муниципалитетов парижских округов. Все большую по­пулярность приобретал лозунг создания Парижской Коммуны — подлинно народной, революционной власти, способной дать отпор врагу. 5 и 8 октября происходили демонстрации рабочих ба­тальонов национальной гвардии с требованием создания Коммуны.

27 октября 1870 г. маршал Базен предательски сдал врагу крепость Мец и армию в 173 тыс. человек, хотя имел все воз­можности продолжать борьбу ( В декабре 1873 г. Базен был, наконец, предан суду и приговорен за измену родине к смертной казни, но президент республики, маршал Мак-Магон (капитулировавший при Седане), заменил смертную казнь пожиз­ненным заключением. Через несколько месяцев Базен бежал из тюрьмы в Испанию ). 31 октября, когда известие о ка­питуляции Базена пришло в Париж, там вспыхнуло восстание. Рабочие батальоны и трудовое население города с лозунгами «Долой Трошю!», «Да здравствует Коммуна!», «Никакого пере­мирия!» двинулись к зданию ратуши, объявили правительство низложенным и создали Комитет общественного спасения, в ко­торый вошли: Огюст Бланки, его мужественный приверженец Гюстав Флуранс, мелкобуржуазный революционер Шарль Де­леклюз и др. Воспользовавшись тем, что Комитет ничего не сде­лал для обеспечения своей безопасности, реакционеры подтянули силы, освободили арестованных членов правительства и разог­нали Комитет общественного спасения. Сначала правительство объявило амнистию участникам восстания, но через несколько дней начались аресты. Бланки, которому удалось скрыться, был заочно приговорен к смертной казни. Восстание кончилось пора­жением, но оно заставило правительство, которое весь народ стал называть правительством национальной измены, временно пре­рвать переговоры о мире.

Между тем, положение в Париже становилось все более и более тяжелым. С конца ноября начался голод. Конина считалась роскошью. По карточкам выдавали по 300 г. хлеба — черного клейкого месива из конопли, овса, отрубей — и 30 г. конины. Па­рижане ели кошек, которых вскоре не стало, крыс, продавав­шихся за большие деньги. Зима оказалась чрезвычайно суро­вой — в Париже морозы доходили до 20 градусов ниже нуля. Угля не хватало, люди коченели, женщинам приходилось часами стоять на улицах в очередях. Немцы ежедневно обстреливали го­род из тяжелых орудий. Народ голодал, в январе 1871 г. еже­дневно умирало до 700 человек, а в то же время в ресторанах буржуазных кварталов богачи устраивали пиршества и соревновались в изысканности блюд. На улицах города распространялись прокламации с прямым требованием отставки правительства: «Выполнило ли правительство, взявшее на себя оборону страны, свой долг? Нет. . . Наши правители. . . своей медлительностью, бездействием и нерешительностью. . . привели пас к пропасти. . . Они не умели ни управлять, ни сражаться. Последствия этого режима — капитуляция в ближайшем будущем. . . Место народу! Место Коммуне!»

21—22 января парижские рабочие, возмущенные заявлением Трошю о намерении правительства подписать мир, сделали но­вую попытку захватить власть в Париже. Народ освободил из тюрьмы Флуранса и других политических заключенных и провоз­гласил Коммуну. В ответ правительственные войска открыли огонь — было убито несколько десятков человек, произведены многочисленные аресты, закрыты клубы и демократические га­зеты. На улицах появились подписанные Трошю прокламации, цинично объявлявшие участников патриотического выступления немецкими агентами.

Восстание 22 января смертельно напугало буржуазию. Перед ней стоял выбор — немцы или парижские рабочие. Она предпочла первых. Уже 23 января Жюль Фавр направился в Версаль, где через пять дней было подписано унизительное перемирие: фран­цузы обязались сдать все парижские форты, вооружение и бое­припасы; гарнизон Парижа (около 250 тыс. человек) объявлялся на положении военнопленных, только одна дивизия (12 тыс. че­ловек) сохраняла оружие «для поддержания порядка». Ни Фавр, ни Бисмарк не решились отнять оружие у национальной гвардии; для этого пришлось бы, вероятно, уничтожить всех парижских рабочих. Франция обязалась выплатить контрибуцию в 250 млн. франков в течение двух недель. Армии, действующие вне Па­рижа, также должны были сложить оружие. На 8 февраля назначались выборы в Национальное собрание, призванное утвер­дить окончательные условия мира и избрать законное правитель­ство. Из всех министров, только Гамбетта, вылетевший из осаж­денного Парижа на воздушном шаре и пытавшийся организовать сопротивление немцам в провинции, выступил против этой позор­ной капитуляции, но и он быстро дал себя уговорить, что даль­нейшее сопротивление невозможно.

Оставьте комментарий

Добавьте комментарий ниже или обратную ссылку со своего сайта. Вы можете также подписаться на эти комментарии по RSS.

Всего хорошего. Не мусорите. Будьте в топе. Не спамьте.