Главная » Греция

Положение и первоначальная история Спарты.

Опубликовал в Февраль 4, 2015 – 8:06 ппНет комментариев

Есть у Фукидида одно буквально исполнившееся пророчество. «Предположим, что город Спарта разорен и от него остались только храмы и фундаменты построек; я думаю, отдаленным векам очень трудно было бы поверить тому, что её могущество соответствовало её славе… Город показался бы слишком ничтожным, так как части его не соединены вместе, он не имеет ни блестящих храмов, ни других зданий и, по древнему обычаю Эллады, состоит из отдельных поселений. Напротив, если бы та же участь постигла Афины, то, по наружному виду города, его можно было бы считать вдвое могущественнее, чем на самом деле» (I, 10). С течением времени и Спарту, и Афины постигло более полное разрушение, чем о каком думал Фукидид.

Razvaliny Akropolya

Развалины Акрополя

Но в Афинах Акрополь все еще несет на себе развалины своих величественных храмов, и весь город, на расстоянии 2300 лет, все еще полон остатками своего прежнего величия; между тем, до очень недавнего времени существовали некоторые сомнения насчет того, где именно на берегах Эврота стояла Спарта. Недавние раскопки определили, правда, местоположение города, но их результаты ограничились почти только открытием римского театра, гробницы и саркофага.

Пространство Греции слишком незначительно, чтобы в ней могли протекать большие реки, и бедность орошения всегда служила в ней важной помехой для земледелия. Поэтому существовавшие там реки очень ценились, и река Эврот несомненно была первой причиной основания города Спарты. Эврот течет с гор Аркадии, сначала по узкому ущелью, а затем по расширяющейся равнине, имеющей 27 верст в длину и 8 в ширину. Этой реке и обязана равнина своим плодородием. К западу от Спарты возвышалась высокая горная масса Тайгета, высотой приблизительно в 8000 футов; со всех сторон, кроме южной, в Спарту вели горные проходы, и это позволяло её гражданам хвалиться тем, что их город не нуждается в стенах или другой защите, кроме оружия его граждан. Но спартанцы рано распространили свою власть далеко за пределы долины Эврота. К западу они в ряде походов, относящихся ко времени рассвета истоpии, завладели Мессенией, плодороднейшей равниной Греции. На севере они оттеснили в их горные твердыни аркадян и отняли у них несколько плодороднейших долин. На востоке их аргосские родичи вынуждены были превосходством их оружия уступить им богатую полосу своей земли.

Было время, когда Пелопоннес не имел понятия об этом храбром народе. Песни Гомера не упоминают о дорийских поселенцах в долине Лакедемона. В это незапамятное время доряне жили на севере Греции, а самым могущественным племенем Пелопоннеса были ахейцы. То немногое, что известно нам о ряде поколений, следовавших за Гомером, позволяет нам заметить крупные перемены. С высот Фессалии доряне пролагают себе путь к югу, вероятно, через Коринфский залив, в Пелопоннес. Все отступало перед ними, и это не только вследствие племенного превосходства пришельцев. Они, очевидно, были также сильнее оружием. Их битвы уже не те беспорядочные схватки гомеровских поэм, в которых копье служило только метательным оружием. Теперь оно служит главным оружием; щит стал меньше и прикреплен к руке. У дорян утвердилась более строгая дисциплина и более совершенная выучка, и потому ахейцы Гомера, при всем богатстве их цивилизации, замечательные остатки которой Шлиман нашел в микенских гробницах, отступают перед ними и почти исчезают, и господствующим племенем Пелопоннеса становятся доряне, среди которых всего сильнее спартанцы. Что спартанцы были чуждыми пришельцами, владевшими своими землями по праву сильного, этого никогда не забывали ни сами они, ни их подданные. Этот факт окрашивает и помогает понять всю их историю и устройство.

Как только мы получаем возможность ознакомиться с населением долины Эврота, мы находим его не однородным, а распадающимся на три совсем различные разряда. Первый из них составляют собственно спартанцы, потомки первоначальных дорийских завоевателей, свободные и полноправные граждане Спарты; второй — перииэки, «окружные жители», свободное население страны, не пользовавшееся правом гражданства; наконец, третий — гелоты или крепостные.

Членами государства считались только свободорожденные спартанцы. Их никогда не было больше десяти тысяч, а в историческое время много меньше; но все учреждения страны имели в виду одних их. Прочие разряды населения были у них в полном подчинении. В настоящей главе мы преимущественно и имеем дело со спартанцами, с их замечательным общественным воспитанием и с их политическими учреждениями, но больше с их воспитанием, чем с их учреждениями.

Оставьте комментарий

Добавьте комментарий ниже или обратную ссылку со своего сайта. Вы можете также подписаться на эти комментарии по RSS.

Всего хорошего. Не мусорите. Будьте в топе. Не спамьте.