Главная » Крестьянские войны

Продолжение борьбы

Опубликовал в Июль 24, 2013 – 8:17 дпНет комментариев

Восстание И. И. Болотникова (1606—1607 гг.)Подавление восстания Хлопка отнюдь не означало пре­кращения народной борьбы против феодального гнета. Ее продолжение и разрастание приходится на те годы, когда в России появляется первый самозванец — Лжедмитрий I, принявший имя царевича Дмитрия Ивановича, погибшего и Угличе более десяти лет назад. Под именем покойного сына Ивана Грозного выступал, но официальной версии русского правительства, Григорий Отрепьев —из мелких галичских дворян, постриженик, беглый монах, перебрав­шийся из России в Речь Посполитую (Польшу) и начав­ший борьбу с Годуновым за царский престол. Его выступ­ление пришлось на то время, когда положение в стране особенно обострилось; все искали выхода. И социальные низы, и феодалы увидели в «царевиче Дмитрии» челове­ка, который может дать этот выход. Первые возлагают на него надежды как на «хорошего царя», который-де облег­чит их тяжелое положение; вторые рассчитывают с его помощью сбросить ставшего ненавистным Годунова, уве­личить свои привилегии и расправиться с народным дви­жением против феодального гнета.

В Речи Посполитой самозванец при поддержке ряда польско-литовских магнатов и папской курии, представ­ленной в Польше нунцием (послом) Рангони, объявляет себя «царевичем Дмитрием», будто бы спасшимся после угличских событий 15 мая 1591 г. Во время переездов из одного города в другой он встречает в Самборе Марину Мнишек — дочь сандомирского воеводы Юрия Мнишка. Она становится его невестой. Ей и ее отцу он обещает деньги и земли в России, если восстановят его «законные права». С разрешения короля Сигизмунда III и сейма он набирает добровольцев из польской шляхты, жаждущей поживы. Ему оказывают немалую денежную помощь. Чис­ленность его отряда быстро растет, и в октябре 1604 г. Лжедмитрий I переправляется через Днепр и появляется

в Северской Украине — в местах, граничащих с юго-за­падными уездами России, которые вот уже несколько лет служили местом сосредоточения большого числа беглых и исходной базой действий повстанцев по направлению к центру страны.

Обстановка благоприятствовала самозванцу. Огромные массы исстрадавшихся людей, потерпев поражение в ходе народных выступлений 1601—1603 гг., снова и снова под­нимаются на борьбу. В стремлении улучшить свое поло­жение они обращают взоры в сторону «хорошего цареви­ча», который, по слухам, спасся в 1591 г. и теперь должен явиться, чтобы избавить Россию от «плохих» правите­лей — Годунова и его бояр.

Еще до прихода войска Лжедмитрия население страны после подавления восстания Хлопка продолжало волно­ваться, поднималось на восстания. «На Рязань для раз­бойников» в 1604 г. посылали воевод Я. Я. Вельяминова, И. И. Волынского. Восстали «мужики» Околенской воло­сти, которые вместе с «кромчанами» «приходили на ор­ловские места (т. е. в окрестности Орла.—В. Б.) войною».

Самозванец накануне вступления в Россию старатель­но подогревал ожидании и мечты крестьян, холопов и по­садских. В пограничные области из Речи Посполитой он и его клевреты направляют «прелестные грамоты». У него побывало немало ходоков из числа русских людей. Быстро распространяются вести об «истинном царевиче». В нем угнетенные увидели спасителя, избавителя от всех своих бед. На него они возложили надежды и массами перехо­дили на его сторону, выступая против годуновских воевод и бояр-притеснителей.

Ужо в октябре 1604 г. на сторону самозванца, вступив­шего в пределы России, переходят Моравск и Чернигов, в следующем месяце — Путивль и Рыльск, Севск с Кома­рицкой волостью, Курск и Кромы. Его войско быстро уве­личивается. В него вливаются запорожские казаки, жите­ли городов, сел и деревень Северской Украины. В январе 1605 г. силы самозванца насчитывают 15 тыс. воинов.

Правда, поначалу не все идет гладко. Упорно оборо­няется гарнизон Новгорода-Северского. А 21 января 1605 г. около села Добрыничи под Севском 23-тысячная армия Лжедмитрия I терпит сокрушительное поражение от 20-тысячной годуновской армии боярина князя Ф. И. Мстиславского.

Но ни эта, ни другие неудачи, которые заставляют са­мозванца падать духом и помышлять о бегстве в Польшу, не приводят к поражению его дела. Наоборот, он одерживает одну победу за другой, и причина их заключается в том, что под его знамена встают массы крестьян и холопов, посадских людей я служилого люда. Жители городов открывают ему ворота, изгоняют и избивают тех воевод, ко­торые остаются верными Годунову и отказываются пове­рить в «истинного царевича». На огромной территории к югу от реки Оки, от Днепра на западе до Волги на восто­ке, быстро распространяется пожар народной войны про­тий «боярского» и, стало быть, «плохого» царя Бориса. Все ждут воцарения правителя «хорошего», «доброго».

Лжедмитрий I с самого начала раздает налево и направо обещания всем слоям населения России. Правда, ре­альные блага он обещает дворянам и купцам; бедняки же слышат только демагогические посулы — пустые слова об освобождении от власти Годунова и притеснений его бояр. Однако и это в глазах широких народных масс имело боль­шое значение и поднимало на антифеодальную борьбу, вернее — на ее продолжение, поскольку она началась за несколько лет до появления самозванца.

В народном движении второго этапа Крестьянской вой­ны (1604—1606 гг.) приняли участие крестьяне, холопы, посадские люди, приборные служилые люди (стрельцы, казаки) юго-западных, южных, юго-восточных районов страны, собравшиеся сюда беглые крестьяне, холопы и, наконец, прибывшие на помощь запорожские и донские казаки.

На этом этапе в события включаются представители господствующего класса — некоторые из них переходят на сторону самозванца добровольно, другие — по принуж­дению.

Каждая из действующих в это время сил преследует свои цели. Лжедмитрий I, используя народное движение против Годунова, властей и феодалов, рвется к власти и почестям, деньгам и славе, чтобы в будущем опереться на русских и иноземных феодалов. Русские дворяне и бояре, тоже воспользовавшись стихией народного восстания и страшась его больше, чем самозванца и иноземцев, стре­мятся сбросить ставшее ненавистным и им правление Го­дунова, чтобы добиться новых земель и укрепления своей власти над угнетенными простолюдинами. Народные ни­зы тешат себя несбыточными надеждами на то, что «хо­роший», «истинный» царь, восстановив с их помощью свои «законные права», облегчит их положение, а они рассчи­таются с обидчиками, сбросят ярмо порабощения. Несмот­ря на то что все эти силы вместе выступали против Году­нова и его ставленников, единства между ними в смысле наличия одинаковых конечных целей борьбы не было и быть не могло.

Обещания «вольности» и «благоденственного жития», щедро раздававшиеся самозванцем, казались многим на первых порах реальными и выполнимыми. Войска само­званца, направлявшиеся к Москве, выполняли его строгий приказ не обижать местное население, помогавшее ему в войне против годуновской армии. А последняя, наоборот, по прямому указанию правительства устраивала массовые и беспощадные расправы, громила и сжигала города и се­ления, изменившие Годунову.

Путивль и окрестные северские земли, польскую Украину, поддерживавшие его, самозванец «обелил» (т. е. освободил) на десять лет от всяких налогов. Пользуясь этим, не платили налоги и жители других районов. В зоне военных действий и народного восстания уничтожалась ненавистная «десятинная пашня», и самозванец этому не препятствовал, поскольку он по существу боялся восстав­ших. С другой стороны, бояре и дворяне, которые перехо­дили на его сторону, и даже те, которых восставшие заставляли присягать ему и приводили в качестве изменни­ков, пользовались его особым вниманием и милостями. Бу­дучи сам представителем господствующего класса, он от­нюдь не собирался действовать ему в ущерб, и русские дворяне вскоре это поняли и оценили. Они видели в нем, как и он в них, орудие борьбы с Годуновым для достиже­ния своих собственных целей; выступая в роли временных попутчиков народного восстания, дворяне стремились к перераспределению власти, дележу государственного пи­рога.

Судьбу годуновского режима окончательно решило вос­стание «даточных людей» (людей из числа тех, кто сопровождал дворян во время походов), стрельцов, казаков и части южных дворян, которое вспыхнуло 7 мая 1605 г. в царской армии, осаждавшей Кромы. В годуновской войске назревал взрыв. Долгая и безуспешная осада сопровождалась нарастающим дезертирством дворян, их пере­водом на сторону Лжедмитрия I. Открытое восстание на­чалось в связи с известием о смерти Бориса Годунова и попыткой привести армию к присяге его сыну-наследнику. Решающую роль сыграли антиправительственные действия служилых низов годуновской армии. Они открыто встали на сторону «истинного» государя. Вслед за этим войско самозванца направилось к Москве. По пути насе­ление переходило па его сторону, а власть годуновской администрации уничтожалась.

Известие о приближении «истинного» царя вызвало в Москве настоящий взрыв. 1 июня 1605 г. здесь началось восстание — присягая Лжедмитрию I, народные низы од­новременно расправлялись с Годуновыми, их родственни­ками Сабуровыми и другими ненавистными деятелями прежнего правительства. Их дворы подверглись разгрому. Как сообщают разрядные книги, в этот день «в суботу миром, всем народом грабили на Москве многие дворы боярские, и дворянские, и дьячьи, а Сабуровых и Велья­миновых всех грабили». Досталось и патриарху Иову, годуновскому клеврету, который в числе прочих наживал­ся на народных страданиях в недавние голодные годы.

20 июня самозванец вступил в Москву, а 21 июля его венчали на царский престол в Успенском соборе. В стране началось правление «царя и великого князя Дмитрия Ивановича всея Руси».

Как показали мероприятия самозванца, выступавшего почти год в роли верховного правителя, его политика но­сила противоречивый, двойственный, но в основном продворянский, закрепостительный характер. Конечно, он был вынужден на первых порах кое-что сделать для про­стого люда, который помог завоевать ему царскую корону. Согласно постановлению приговора 7 января 1606 г., на свободу должны были отпустить около четверти холопов, закабалившихся в течение нескольких лет до появления этого указа.

Приговор от 1 февраля того же года указывал, что кре­стьяне, бежавшие от господ или поступившие в холопы в голодные 1601—1603 гг., не возвращаются прежним вла­дельцам. Этот закон довольно противоречив. С одной сто­роны, он отвечал интересам многих беглых крепостных крестьян, массы которых скопились на юге страны и ока­зали поддержку самозванцу, будучи одной из движущих сил Крестьянской войны на том этапе, когда к власти благодаря народному восстанию пришел царь-избавитель.

С другой стороны, приговор отвечал интересам южных дворян, в новую зависимость к которым постепенно попа­дали многие из тех беглых крепостных, которые недавно освободились от зависимости своим старым господам. Этот же закон исходил из факта признания «урочных лет» (ко­торые с 5 лет удлинялись до 5,5 или 6 лет, возможно в угоду дворянам центральных уездов) и отнюдь не пред­полагал отмену крепостнического законодательства 1590-х годов. Но иллюзии «черных людей» быстро развея­лись. Причиной тому были не демагогические заявления Лжедмитрия I, а реальные дела.

Самозванец приказал расформировать казачье войско, которое помогло ему в борьбе с Годуновым, а из его армии «выбили» крепостных крестьян, холопов, посадских лю­дей. Русские дворяне, польские наемники и отчасти каза­ки получили по его распоряжению большие пожалования землями и деньгами. Лжедмитрий I и его клевреты без­застенчиво запускают руки в казну, обогащаются и уст­раивают увеселения за счет народа, оскорбляют нацио­нальные чувства русских (вступление в католическую веру и др.).

Усиливающееся недовольство и возмущение широких народных масс выливается в новое восстание, направлен­ное против самозванца, ненавистных иноземцев и русских изменников. Оно вспыхивает 17 мая 1606 г., неделю спус­тя после свадьбы самозванца и Марины Мнишек, сопро­вождавшейся попойками и бесчинствами иноземцев на улицах и площадях, в церквах столицы. Решающую роль в событиях сыграло выступление народных низов. В нем, по словам одного очевидца-поляка, приняло участие «мно­го простого парода», который громил не только иноземных захватчиков, но и богатых москвичей. «С ними ж (ино­земцами.— В. Б.) многие дворы разграбиша и русских людей».

Результатами народного движения в Москве и в 1605 г., и в 1606 г. воспользовались феодалы, русские и инозем­ные. Однако именно позиция социальных низов, обману­тых в своих наивных надеждах и выступивших против властей, обусловила падение сначала правительства Году­нова, затем самозванца.

Оставьте комментарий

Добавьте комментарий ниже или обратную ссылку со своего сайта. Вы можете также подписаться на эти комментарии по RSS.

Всего хорошего. Не мусорите. Будьте в топе. Не спамьте.