Главная » История Франции

Пролетарская революция 18 марта

Опубликовал в Август 5, 2013 – 10:35 дпНет комментариев

17  марта правительство приняло решение немед­ленно разоружить национальную гвардию, аре­стовать членов ЦК и «навести порядок» в сто­лице. Прежде всего намечалось отобрать у на­циональной гвардии принадлежавшие ей пушки, которые стояли на высотах Монмартра и в других предместьях Парижа.

Осуществление этого плана началось в 3 часа ночи 18 марта. Сначала все шло гладко — охрана пушек была слабой, несколь­ких сопротивлявшихся национальных гвардейцев солдаты при­кончили почти без шума. Наступил рассвет. На улицах стали появляться первые прохожие, преимущественно женщины, спе­шившие в очередь за продуктами. Они сразу поняли, что про­исходит, подняли тревогу и крепко вцепились в лафеты пушек. Улицы рабочих кварталов и, в первую очередь, Монмартра, за­полнились возбужденными рабочими и отрядами национальной гвардии. Сначала солдаты пребывали в нерешительности, но жен­щины горячо убеждали их не идти против своего народа, и когда генерал Леконт отдал солдатам приказ стрелять, они отказались и арестовали его; большинство солдат единственной дивизии, на­ходившейся в Париже, перешло на сторону революции. Более того, солдаты убили двух своих генералов — Леконта и бывшего командующего национальной гвардией Клемана Тома, расстре­ливавшего парижских рабочих в июне 1848 г.

Вся восточная часть города оказалась в руках восставших парижских рабочих. Вскоре после полудня Тьер отдал приказ — эвакуировать правительственные учреждения из Парижа в Вер­саль, и сам, в закрытой карете, оцепленной драгунами, поспешно отправился туда. Вслед за правительством из Парижа в Версаль стали выводить солдат. Повстанцы проявили медлительность, никто не знал, что делается в буржуазных кварталах, люди не верили в свою победу. Только к вечеру, оттеснив пытавшихся оказать сопротивление жандармов, они заняли важнейшие стра­тегические пункты города. Над зданием ратуши взвился красный флаг. Власть перешла в руки Центрального комитета националь­ной гвардии. Так началась первая в истории человечества про­летарская революция.

Центральный комитет национальной гвардии состоял из пред­ставителей рабочих и мелкой буржуазии. Он пользовался огром­ным авторитетом и обладал вооруженными силами — националь­ной гвардией. Но в его составе не было марксистов, способных возглавить пролетарскую революцию и направить ее по правиль­ному пути. Комитет и не помышлял о вооруженном восстании, а когда оно совершилось — не знал, что делать с попавшей в его руки властью. В первых прокламациях к населению Парижа ЦК подчеркивал, что взял в свои руки власть, только уступая необ­ходимости, не собирается ее узурпировать и в ближайшее время проведет выборы в Коммуну, которая будет управлять Парижем на законных основаниях.

Таким образом, революция произошла стихийно. Объясняя ее причины, В. И. Ленин писал: «Неудачная война с Германией, мучения во время осады, безработица среди пролетариата и разо­рение среди мелкой буржуазии; негодование массы против выс­ших классов и против начальства, проявившего полную неспо­собность, смутное брожение в среде рабочего класса, недоволь­ного своим положением и стремившегося к иному социальному укладу; реакционный состав Национального собрания, заставляв­ший опасаться за судьбу республики,— все это и многое другое соединилось для того, чтобы толкнуть парижское население к ре­волюции 18 марта, неожиданно передавшей власть в руки на­циональной гвардии, в руки рабочего класса и примкнувшей к нему мелкой буржуазии».

Члены ЦК не хотели гражданской войны и были уверены, что Коммуна, представляющая Париж, найдет общий язык с прави­тельством и Собранием. При этом они допустили поразительную беспечность — не только не пошли на Версаль, чтобы покончить с антинародным правительством Тьера (у Тьера было тогда всего 25 тыс. солдат, а национальная гвардия насчитывала не менее 200 тыс. человек), но и позволили ему в течение нескольких дней спокойно вывести из Парижа все регулярные войска.

Выборы в Коммуну были назначены на 22 марта; но в это время мэры парижских округов и депутаты Национального со­брания от Парижа, представлявшие интересы буржуазии, стали оспаривать законность действий ЦК. Последний, проявив край­нюю наивность, вступил с ними в переговоры, продолжавшиеся несколько дней. Члены ЦК не понимали истинных целей мэров. Впоследствии мэр II округа Парижа Тирар откровенно расска­зывал: «Главная цель, которой мы все добивались этой оппози­цией, заключалась в том, чтобы помешать федератам идти на* Версаль. Я убежден, что если бы 19 и 20 марта батальоны фе­дератов направились по дороге в Шатийон, Версалю угрожала! бы величайшая опасность; наше сопротивление в течение не­скольких дней дало возможность правительству организовать защиту».

Пассивность ЦК позволила правительству и контрреволюци­онным силам преодолеть растерянность и укрепиться, а затем и перейти в наступление.

Так две грубейшие ошибки, продиктованные чрезмерной ще­петильностью членов ЦК, с самого начала предопределили по­следующее поражение революции: отказ от преследования бе­жавшего в Версаль правительства, трата драгоценного времени на обсуждение вопроса о выборах Коммуны и проведение самих выборов. «В своем упорном нежелании продолжать гражданскую войну, начатую Тьером ночной экспедицией против Монмартра,— писал Маркс,— Центральный комитет сделал роковую ошибку: надо было немедленно пойти на Версаль — Версаль не имел тогда средств к обороне — и раз навсегда покончить с заговорами Тьера и его помещичьей палаты. Вместо этого партии порядка дали снова возможность испытать свои силы на выборах в Ком­муну 26 марта».

Уже 22 марта контрреволюционные силы в Париже, руково­димые убийцей Пушкина гнусным бонапартистом Геккереном, сделали попытку совершить переворот, но были рассеяны нацио­нальной гвардией.

Оставьте комментарий

Добавьте комментарий ниже или обратную ссылку со своего сайта. Вы можете также подписаться на эти комментарии по RSS.

Всего хорошего. Не мусорите. Будьте в топе. Не спамьте.