http://opticacenter.ru/userfiles/gora-blek-gde-vzyat-klyuch0-601.xml » Крестьянские войны

Пугачев до Крестьянской войны

Опубликовал в Август 4, 2013 – 8:39 ппНет комментариев

В 1773 г. яицкие казаки снова поднялись на борьбу, на этот раз еще более решительную. Их возглавил Емельян Иванович Пугачев, казак с Дона, принявший имя импе­ратора Петра III, мужа императрицы Екатерины II, полу­чившей в 1762 г. престол в результате дворцового заговора и расправы с незадачливым голштинцем — ничтожным внуком великого деда Петра I.

Самозванчество было довольно распространенным эле­ментом классовой борьбы. В 60 — начале 70-х годов пять самозванцев принимали имя Петра III, в их числе — бег­лый крепостной крестьянин Федот Богомолов, который действовал в районе Царицына на Волге в марте — июне 1772    г., т. е. накануне выступления Е. И. Пугачева.

Пугачев, этот незаурядный человек, выходец из рядо­вых донских казаков, неграмотный, но бывалый и храб­рый, встал во главе грандиозной Крестьянской войны и в течение двух лет вел за собой огромные массы людей, свя­то веривших в начатое ими и их предводителем дело осво­бождения от господской кабалы. В ряды пугачевской армии вступали многие повстанцы 50-х — начала 70-х годов, в том числе яицкие казаки — участники восстания 1772 г., которое по существу следует считать первой искрой чет­вертой Крестьянской войны в России.

На глазах Е. И. Пугачева усиливались крепостной гнет и притеснения простых людей всей России, происходили их выступления против извечных «внутренних врагов». Он сам многое видел и испытал. Детство и юность Пугаче­ва протекали на Дону в вольнолюбивой среде храбрецов и рубак, искусно владевших саблей и копьем, замечатель­ных наездников, выносливых воинов.

Емельян Иванович Пугачев родился примерно в 1742 г. в станице Зимовейской. Пугачевы исстари были казака­ми. возможно выходцами о Украины (прозвище его деда Пугач идет, вероятно, от украинского слова «пугач» — филин).

Как и у всех «простых казаков» (так назвал, себя и сво­их родственников сам Пугачев), его детство и юность про­шли в бедности и непрерывном труде — он, помогая отцу, еще мальчиком пахал и боронил землю. Лет 18-ти молодой казак женился. Вскоре в составе команды донцов он при­нимает участие в Семилетней войне с прусским королем Фридрихом II в составе войск графа З. Г. Чернышева, имя которого впоследствии будет носить один из сподвиж­ников Пугачева во время Крестьянской войны. Служит он под началом полковника И. Ф. Денисова, который, оценив его за «отличную проворность», делает ординарцем. Но, как скажет позднее А. С. Грибоедов, «минуй нас пуще всех печалей и барский гнев и барская любовь». Однажды в неразберихе ночного боя ординарец упустил одну из ло­шадей начальника, и тот не замедлял жестоко его нака­зать: Пугачева бьют «нещадно плетью». Во время войны он побывал в Польше, участвовал во многих сражениях.

Смерть императрицы Елизаветы и воцарение Петра III, горячего поклонника Фридриха II и прусской муштры, быстро изменили обстановку — война против Пруссии пре­кратилась. Пугачев в 1762 г. приезжает в отчий дом. Года через полтора его снова посылают в составе казачьей команды в Польшу. На этот раз донцы занимаются возвра­щением в Россию беглецов-староверов; он имел возмож­ность убедиться в тяжелой участи людей, подвергавшихся преследованиям церкви и правительства по религиозным мотивам.

В русско-турецкой войне 1768—1774 гг. Пугачев за храбрость получает чин хорунжего — младший офицер­ский чип у казаков. Его команда находилась в составе войск П. И. Папина — будущего душителя Крестьянской войны.

Из-за болезни Пугачева отпускают домой. Его свободо­любивая и храбрая, упорная и настойчивая натура не мо­жет вытерпеть спокойной жизни и бедности, тяжелой службы и бесправия. К тому же он отличается определен­ным честолюбием — стремлением, как говорил он сам, «произвесть себя отличным от других». Однажды во вре­мя русско-турецкой войны Пугачев, показывая в кругу товарищей свою замечательную саблю, старался уверить их, что она подарена ему не кем иным, как самим Петром Великим (умершим более чем за полтора десятилетия до его рождения!), который к тому же был-де его крестным отцом!

Поиски лучшей доли, свободной жизни и воли, приво­дят молодого и беспокойного казака к решению бежать с Дона на Терок. Побеги и аресты приводят к тому, что в глазах властей он становится бунтарем, т. е. человеком очень опасным.

1772   год застает беглеца Пугачева среди староверов сначала на Украине, затем в Белоруссии, в Ветке — из­вестном раскольничьем центре. Здесь на Добрянском фор­посте Пугачев узнает о том, что «помутился», т. е. восстал, Яик, что казаки там «бунтовали и убили генерала».

Вскоре Пугачев перебирается в Поволжье к раскольни­кам. Он собирается ехать на Яик, чтобы предложить та­мошним казакам уйти на Кубань, принадлежавшую тогда Турции. На Яике в те дни власти вели жестокое следствие о недавнем «бунте». Филарет, старообрядческий игумен в Мечетной слободе (ныне гор. Пугачев Саратовской обла­сти), поддержал его: «Яицким казакам великое разоре­ние», «они… с тобой с радостью пойдут».

Действительно, яицкие казаки охотно откликнулись на предложение Пугачева. Но их волновало и другое: по Яику распространились слухи о том, что в Царицыне «объявился» государь Петр Федорович; на самом деле это был очередной самозванец — Федот Богомолов, беглый крестьянин, вскоре схваченный властями. Пугачев знал о Богомолове-«Петре» и его аресте. В разговоре с одним из яицких казаков, Пьяновым, Пугачев утверждает, что он, Пугачев, и является чудесно спасшимся от смерти «госу­дарем». Вскоре его снова арестовывают по доносу случай­ного попутчика. Он в январе 1773 г. очутился в казанской тюрьме, но вскоре, 29 мая того же года, опять, уже в чет­вертый раз в своей короткой жизни, бежит из-под стражи, пробирается на Яик.

В сознании Пугачева происходит заметный перелом. Неясные и беспокойные мечты о свободной жизни и воль­ной земле где-то за рубежами родной земли — будь то на Кубани или Тереке, в Ветке или Бессарабии — сменяются твердым решением начать борьбу за свободу и волю в са­мой России, где «чернь бедная терпит великие обиды и разорения». С помощью бедного люда и для него он бро­сает вызов всему строю эксплуатации, насилия и лжи с тем, чтобы сбросить ненавистные цепи угнетения.

Современники рисуют образ Пугачева той поры. Мо­лодой еще человек 30-ти лет с небольшим, среднего роста, коренастый и широкоплечий, русоволосый и смуглый, с черной с проседью бородой, умным и быстрым взглядом темно-карих глаз, он поражал окружавших живостью и решительностью, смелостью и находчивостью, живым во­ображением и выдумкой.

Второй раз на Яике Пугачев появился уже под именем  «государя Петра Федоровича», «третьего императора». Правда, от первых сторонников, которые пошли за ним, Пугачев не скрыл, что он простой донской казак и скита­лец, укрывающийся от властей. Но их это не смутило — главное состояло в том, что нашелся человек, который возглавит борьбу за их вольность, за их права. Но в даль­нейшем Пугачев уже выступал в роли «государя», и яицкие казаки, присоединявшиеся к нему, приносили ему присягу, целовали руку. А сам «Петр III» о первых манифе­стах и указах жалует их вольностью и землями, лугами и угодьями, жалованьем и хлебом, порохом и свинцом. Вы­зов был брошен. Крестьянская война вступала в решаю­щую стадию.

Оставьте комментарий

Добавьте комментарий ниже или обратную ссылку со своего сайта. Вы можете также подписаться на эти комментарии по RSS.

Всего хорошего. Не мусорите. Будьте в топе. Не спамьте.